Холстомер. История лошади. Тбилисский государственный академический русский драматический театр им. А.С. Грибоедова
автор Л. Н. Толстой
  • Режиссер: Николай Свентицкий, заслуженный деятель искусств РФ, заслуженный артист РФ
  • Возрастной ценз: 16+
  • Жанр: Трагическая исповедь по мотивам повести Л. Н. Толстого
  • Инсценировка: Автандил Варсимашвили

Постановочная группа:

Продюсер – Николай Свентицкий, заслуженный деятель искусств РФ, заслуженный артист РФ
Автор инсценировки и режиссер-постановщик – Автандил Варсимашвили,
лауреат Государственной премии Грузии, лауреат премии им. Котэ Марджанишвили
Художник – Мириан Швелидзе, народный художник Грузии, лауреат Государственной премии Грузии им. Шота Руставели
Художник по костюмам – Наталья Кобахидзе
Композитор – Заза Коринтели (Зумба)
Музыкальное оформление – Элисо Орджоникидзе

В ролях:

Холстомер – Валерий Харютченко, Иванэ Курасбедиани, Лаша Гургенидзе
Вязопуриха – Людмила Артемова-Мгебришвили, заслуженная артистка Грузии
                       София Ломджария
Генерал – Михаил Арджеванидзе
Васька – Дмитрий Спорышев
Нестор – Георгий Зангури
Милый – Василий Габашвили
Матье – Мариам Кития
Князь Серпуховской – Аполлон Кублашвили
Кучер Феофан – Вахтанг Николава
Хозяин – Олег Мчедлишвили
Мари – Анна Николава
Цыгане – Нана Дарчиашвили, Нино Кикачеишвили, Зураб Чипашвили
Лошади: Нина Калатозишвили, Медея Мумладзе, Нина Нинидзе, Мераб Кусикашвили

Аннотация:

Для воплощения классического произведения режиссер-постановщик Автандил Варсимашвили, не опасаясь сравнений с легендарными предшественниками, нашел новые смыслы, подобрал новую стилистику и создал самостоятельный спектакль, современное действо – яркое, зрелищное и при этом – трагическое и пронзительное.
В спектакле театра Грибоедова используется неожиданный ход: Холстомер представлен в трех возрастных проявлениях. Но главным героем остается один – старый пегий мерин, перед которым, на пороге гибели, проходит вся его жизнь, полная страданий. Пройдя мучительный жизненный путь, Холстомер остается образцом терпения, великодушия и смирения. Жестокое отношение к старости, человеческая беспощадность к «белым воронам», четкое противопоставление нравственного безнравственному, отсутствие выбора как духовная свобода угнетенного, но не сломленного существа – такие жесткие вопросы ставит перед зрителем режиссер.
 

 

Вверх